Параграф 19, ГДЗ по истории России за 9 класс к учебнику Мединского

Успехи в экономическом развитии России конца XIX в. объясняются несколькими причинами.

1. Продуманная политика правительства. Н. Бунге и И. Вышнеградский упорядочили налоги, повысили таможенные пошлины и добились положительного торгового баланса. Золотой запас превысил 500 млн руб. Тот же курс продолжил С. Витте.

2. Железнодорожное строительство. Каждый год вводилось около 2,5 тыс. км путей, а с 1891 г. строилась Транссибирская магистраль. Дороги связали центр с югом, Уралом, Сибирью и Дальним Востоком.

3. Новые районы и своё топливо. Освоение угля Донбасса и нефти Баку, приток иностранных капиталов и свободные рабочие руки бывших крепостных позволили за десятилетие удвоить промышленное производство.

1. Экономическая политика Александра III должна была создать мощное хозяйство. Для этого требовалось упорядочить налоги и денежное обращение, поддержать промышленность и добиться, чтобы вывоз товаров превышал ввоз.

2. В основном эти цели были достигнуты. Н. Бунге снизил выкупные платежи и начал отменять подушную подать. Потери казны он возместил налогами на землю, строения и капиталы и акцизами на водку, табак и сахар. И. Вышнеградский повысил пошлины на ввозное железо, добился положительного торгового баланса и накопил золотой запас свыше 500 млн руб. О подъёме промышленности говорит юг России: до 1887 г. там работало только два железоделательных завода, а вскоре возник целый ряд чугуноплавильных.

Рост населения пореформенной России был связан с переменами после отмены крепостного права. Крестьяне получили личную свободу и могли искать работу там, где она была. Реформы 1860—1870-х гг. и подъём промышленности дали новые заработки в городах и на железных дорогах. В итоге численность жителей выросла с 74,5 млн человек в 1858 г. до почти 133 млн в 1900 г.

Крупнейшими городами империи были Санкт-Петербург (1,3 млн человек) и Москва (1 млн). За ними шли Варшава и Лодзь в Царстве Польском, Рига в Прибалтике, Вильно на западе, Киев и Харьков в Малороссии, Тифлис в Закавказье и Ташкент в Средней Азии. В Поволжье выделялись Саратов, Казань и Нижний Новгород. На карте на с. 28—29 видно, что почти все они стоят в западной и центральной части страны, на пересечении железных дорог.

1. Единая железнодорожная сеть была нужна огромной стране. Грузы из европейской части в Сибирь и на Дальний Восток шли несколько месяцев, а в случае войны туда требовалось быстро перебросить войска. Дороги связывали районы добычи с заводами и рынками, стали локомотивом индустриализации и помогли сложиться новым экономическим районам.

2. Правительство активно скупало частные железные дороги и сводило их в общую сеть, охватившую центр, запад, юг и север страны, Урал, Сибирь и Дальний Восток. Расходы на Транссибирскую магистраль казна целиком взяла на себя: Александр III принципиально отказался от иностранных займов. Каждый год вводилось около 2,5 тыс. км путей, и по их общей протяжённости Россия вышла на второе место в мире после США.

Железные дороги на карте расходятся от Москвы и Санкт-Петербурга во все стороны. На юг они идут к Харькову, Екатеринославу, Одессе и Севастополю, на восток — к Нижнему Новгороду, Казани, Самаре и дальше на Урал. На север ведёт магистраль Вологда — Архангельск, открытая в 1897 г. Главная линия этих лет — Транссибирская магистраль, начатая в 1891 г.: от Челябинска через Курган, Омск и Красноярск к Владивостоку, почти 8,3 тыс. км. Отдельная ветка показана в Средней Азии — от Красноводска через Асхабад, Мерв и Самарканд на Ташкент. Экономическое значение было огромным. Дороги связали хлебные, угольные и нефтяные районы с заводами и портами, дали заказы металлургии и машиностроению и стали локомотивом индустриализации.

Новые промышленные районы выросли на юге страны и в Поволжье, рядом с прежними Московским, Петербургским, Уральским и Прибалтийским. Быстрее всего развивались Донецко-Криворожский угольно-металлургический район и Бакинский нефтедобывающий. Донбасс с центрами в Горловке, Юзовке (Донецк), Екатеринославе, Харькове и Кривом Роге давал уголь и металл, Баку на Каспии — нефть. Центрами транспортного машиностроения стали Коломна, Луганск и Сормово. На карте эти районы лежат у месторождений угля и нефти и связаны с центром железными дорогами.

Промышленное производство за десятилетие удвоилось, а выпуск продукции тяжёлой промышленности вырос в 3 раза. Вторая половина 1880-х и 1890-е гг. стали временем небывалого подъёма. Опережающими темпами росли отрасли, дававшие продукцию производственного назначения — стройматериалы, станки, оборудование, — а не товары личного потребления. На крупнейших предприятиях Донецко-Криворожского района производительность труда за последнее десятилетие XIX в. выросла вдвое.

Быстрее всего росли отрасли, связанные с углём и нефтью, а вместе с ними чёрная металлургия: освоение Донецко-Криворожского угольного и железорудного комплекса резко подняло выплавку чугуна и стали. Поднимались и производство станков, оборудования и стройматериалов, транспортное машиностроение в Коломне, Луганске и Сормове. Важность их была в том, что именно эти отрасли давали топливо, металл и машины для железных дорог, фабрик и заводов, то есть основу индустриализации. Их рост сопровождался техническим переворотом на производстве.

Голод 1891—1892 гг. поразил 17 губерний Черноземья и Среднего Поволжья, и власти пытались смягчить бедствие. Как писал Л. Толстой в статье «О голоде», в высших административных сферах выделяли и распределяли деньги на пособия и общественные работы, распоряжались выдать топливо. В пострадавших губерниях заседали продовольственные комитеты, созывались экстренные губернские и уездные собрания. Там искали деньги на покупку продовольствия и собирали сведения о положении крестьян.

Помощь голодающим собирали всей страной. Пожертвования шли в кружках и при церквах. Деньги принимали и при редакциях, чиновники отчисляли проценты из жалованья, жертвовали частные лица и учреждения. Работали и добровольцы на местах: Л. Толстой в 1892 г. составлял в Рязанской губернии списки нуждающихся, а своими статьями привлекал к беде внимание общества.

1. Рост сельского хозяйства сдерживали сохранение помещичьего землевладения и крестьянской общины. Мешала и отсталая техника: несмотря на появление сельскохозяйственных машин, большинство крестьян пахало сохой, боронило деревянной бороной и почти не вносило удобрений. Поэтому урожайность росла медленно, а засуха или затяжные дожди оборачивались бедой — как в 1891—1892 гг.

2. Устранить эти ограничения было можно. Крестьянам следовало дать право выходить из общины и хозяйствовать самостоятельно, расширить их наделы, распространить машины и удобрения. Учебник показывает, что там, где хозяйство велось по-капиталистически — в Прибалтике, на юге и юго-западе, — дела шли успешнее.

Картина Н. Касаткина «В семье рабочего» показывает тесное и тёмное жилище. Комната без окон, вся обстановка — стол да лежанка-нары. Единственный свет даёт маленькая лампа на столе, а стены и потолок тонут в темноте. Вокруг стола с нехитрой посудой собралась вся семья: пожилой бородатый мужчина, молодой рабочий, женщина с ребёнком. Так и жили фабричные рабочие — бедно и скученно, в казармах-общежитиях, вдали от родных деревень.

1. Российское общество оставалось сословным: по Своду законов подданные делились на дворянство, духовенство, городских и сельских обывателей. Но рядом со старыми сословиями появились два новых класса — буржуазия и пролетариат, а интеллигенция росла за счёт разночинной молодёжи. Сословные перегородки ломались: дворяне получали профессии врачей и юристов, становились писателями и художниками, а вчерашние крестьяне — рабочими и предпринимателями. Усилилось и расслоение деревни: в конце 1880-х гг. в Европейской России было 27 % безлошадных дворов.

2. Вызваны эти перемены были индустриализацией, отменой крепостного права и реформами 1860—1870-х гг. Рост фабрик и железнодорожное строительство требовали наёмных рук и капиталов, а образование стало доступнее.

Новыми социальными группами пореформенного общества стали буржуазия и пролетариат. Буржуазия росла из богатого купечества (Губонин, Мамонтов, Мещерин), дворянства (Бобринские, фон Мекк), вчерашних крестьян-старообрядцев (Морозовы, Рябушинские, Прохоровы), а со времён «железнодорожной горячки» 1860—1870-х гг. — и из чиновников. К пролетариату относили всех наёмных рабочих. К середине 1890-х гг. наёмным трудом жили около 10 млн человек, из них примерно 1,5 млн были промышленными рабочими. Быстро росла и интеллигенция — работники умственного труда, ряды которых пополняла разночинная молодёжь. Появление этих групп связано с отменой крепостного права, реформами 1860—1870-х гг., промышленным переворотом и развитием капиталистических отношений.

1. Главными социально-экономическими проблемами России 1870—1890-х гг. были бедность деревни, нехватка денег для промышленности и тяжёлый быт рабочих. Деревню тянули вниз малоземелье, отсталая техника, тяжёлые платежи, община и помещичье землевладение.

2. Правительство снизило выкупные платежи и начало отменять подушную подать, а казну пополнило налогами на землю, строения и капиталы, акцизами и таможенными пошлинами. Оно скупало частные железные дороги, строило Транссиб на казённые деньги, привлекало иностранные капиталы. А во время голода 1891—1892 гг. давало пособия и открывало общественные работы.

3. Для промышленности и финансов эти решения оказались удачными: производство удвоилось, золотой запас превысил 500 млн руб., Россия становилась аграрно-индустриальной державой. Деревне они помогли мало: община и помещичье землевладение сохранились, а рост налогов и акцизов лёг на крестьян.

1. Урбанизация — это сосредоточение населения в городах и рост роли городов в жизни общества. В России её подтолкнула отмена крепостного права: она дала крестьянам свободу передвижения. Помогли и быстрый рост населения (с 74,5 млн человек в 1858 г. до почти 133 млн в 1900 г.), подъём производства и железнодорожное строительство с его новыми промышленными районами. Городское население выросло с 5,6 до 16 млн человек, а в 1900 г. 70 % жителей Санкт-Петербурга и Москвы составляли приезжие.

2. Только для России этот процесс характерен не был. В те же годы города быстро росли по всей Европе и в США. Лондон, Париж, Берлин и Нью-Йорк стали миллионными, а в Великобритании большинство населения жило уже в городах. Россия шла тем же путём, но отставала: доля горожан поднялась у неё лишь с 7,4 до почти 12 %.

Новыми видами топлива стали каменный уголь и нефть. Уголь давал Донецко-Криворожский район — Донбасс с центрами в Горловке, Юзовке и Кривом Роге. Нефть добывали в Бакинском районе на Каспии, где к 1890 г. вышки стояли сплошным лесом. Перспективность этих отраслей видна по темпам: они развивались быстрее всех, а доля Донбасса в добыче угля и производстве металла росла особенно стремительно. Освоение угля и железной руды подняло выплавку чугуна и стали, сопровождалось техническим переворотом и удвоило производительность труда на крупнейших заводах региона. Уголь и нефть питали железные дороги, фабрики и заводы, без которых индустриализация была невозможна.

Интеллигенция — слой населения, состоящий из работников умственного труда. В конце XIX в. из более чем 125 млн жителей России интеллигенцию составляли примерно 726 тыс. человек: врачи, юристы, писатели, художники, артисты. Более половины её представителей состояли на государственной или частной службе, в органах общественного самоуправления. В первой половине XIX в. её ряды пополняли в основном дворяне, а после реформ 1860—1870-х гг., сделавших образование доступнее, — разночинная молодёжь.