Параграф 5, ГДЗ по всеобщей истории за 10 класс к учебнику Мединского. Базовый уровень

Перемены в странах Запада подготовило прежде всего окончание послевоенного кризиса. Революционные выступления были подавлены, победители расширили рынки сбыта и получили репарации. Отмена военных ограничений и сокращение государственного регулирования вернули хозяйство к свободному рынку и вызвали стремительный рост деловой активности. Новая техника — от пассажирских самолётов до подешевевшего автомобиля — меняла повседневную жизнь и поднимала жизненный уровень средних слоёв населения. В общественной сфере решающим оказалось вовлечение миллионов людей в политику. Всеобщее избирательное право, демократизация и опора партий на профсоюзы создали массовое общество.

Дж. Кейнс первым среди крупных экономистов доказывал, что независимая от общества и государства капиталистическая экономика неустойчива. В работе «Конец свободного предпринимательства» (1926 г.) он утверждал, что государство должно активно регулировать хозяйство и подчинить себе монополии. Новым было и требование направлять общественные ресурсы в наиболее важные отрасли ради успеха всей экономики. До этого в западных странах господствовало убеждение, что рынок должен оставаться нерегулируемым. Взгляды учёного получили название кейнсианство, и их поддержала британская Лейбористская партия.

Общее у Дж. Кейнса и марксистов — уверенность в том, что свободный капитализм неустойчив и не может быть предоставлен сам себе. И те и другие считали, что хозяйство должно служить обществу, а прибыли следует перераспределять в пользу рабочих. Различие было в средствах. Марксисты требовали революции и уничтожения частной собственности, а Кейнс хотел сохранить капитализм и лишь поставить монополии под контроль государства. Поэтому кейнсианство стало учением о реформах, а не о смене общественного строя. Его охотно принимали социал-демократы, входившие в европейские правительства.

Экономический подъём начался после того, как в 1923—1924 гг. спала острота послевоенного кризиса, а революционные выступления были подавлены. Государства-победители расширили рынки сбыта своей продукции и получили репарации. Военные ограничения отменили, государственное регулирование сократили — и капиталистическое хозяйство развивалось свободно. Подъём ускорило развитие техники: пассажирские самолёты и дирижабли, производство синтетического бензина с 1925 г., конвейер на автомобильных заводах Форда. Удешевление продукции расширяло спрос: автомобиль стал доступен людям со средним достатком.

Быстрее всех росла Франция: к концу 1920-х гг. её промышленное производство превысило довоенное на 40 %. В США рост составил 20 %. Общий подъём улучшил и положение Германии: поднялся жизненный уровень средних слоёв населения. Скромнее оказались достижения Великобритании — ей удалось лишь восстановить довоенный уровень. Отставали и отдельные отрасли. Даже во время подъёма в кризисе оставались текстильная, угольная и металлургическая промышленность, где работу теряли десятки тысяч человек.

Общество 1920-х гг. стало массовым: война и последовавший за ней революционный подъём вовлекли в политическую жизнь миллионы простых людей. Вслед за Советской Россией всеобщее избирательное право ввели в США и ряде стран Европы. Продолжалась и демократизация: аристократию оттесняли от власти средние слои. Политические партии теперь опирались не на узкую элиту, а на массовые организации, крупнейшими из которых были профсоюзы. Изменился и уклад жизни: господствовал индивидуализм, а газеты, радио и кинематограф впервые получили власть над мнением миллионов.

Правящим кругам Запада пришлось убеждать большинство населения в правильности своей политики. Главным средством стало манипулирование массовым сознанием — навязывание людям вкусов, предпочтений и взглядов через газеты, радио и кинематограф. Задачу облегчал господствовавший индивидуализм: человек рассчитывал только на себя и хуже противостоял внушению. Когда же размах социальных конфликтов угрожал интересам правящих групп, формальные демократические нормы просто нарушались. Так в США по сфабрикованному обвинению осудили Н. Сакко и Б. Ванцетти.

Н. Сакко и Б. Ванцетти в Советском Союзе считали жертвами классового суда. Кампания в их защиту шла по всей стране. О деле писали газеты, его разбирали в школьных учебниках. После казни 1927 г. их именами стали называть улицы и предприятия в разных городах. Самое известное из них — московская карандашная фабрика имени Сакко и Ванцетти. Её карандаши десятилетиями лежали в каждом школьном пенале, поэтому фамилии итальянских рабочих знали все. Так частный американский судебный процесс превратился в СССР в постоянное напоминание о несправедливости западного правосудия.

Социально-политические конфликты 1920-х гг. рождались из того, что стабилизация не устранила противоречий между трудом и капиталом. У власти в большинстве западных стран оставались сторонники нерегулируемого рынка. Они считали, что рабочая сила должна быть дешёвой, а тратиться на благосостояние рабочих незачем. Так, бюджет 1925 г. значительно уменьшил дотации угольной отрасли Великобритании. Владельцы шахт объявили, что снизят зарплату, удлинят рабочий день и уволят горняков. Ответом стала всеобщая забастовка 1926 г. Обострял конфликты и произвол властей: расправа над Н. Сакко и Б. Ванцетти показала, что демократические нормы соблюдаются не для всех.

Влияние социалистов росло потому, что рабочие втянулись в политическую жизнь и получили всеобщее избирательное право. Партиям понадобилась опора на массовые организации, а крупнейшими из них были профсоюзы. Именно они смогли в 1926 г. всеобщей забастовкой остановить хозяйство целой страны. Избиратели видели, что социал-демократы обещают регулировать капиталистическое производство и защищать интересы наёмных работников. На выборах 1929 г. консерваторы потерпели поражение от Лейбористской партии. А в 1920-х гг. социалисты входили в правительственные коалиции Швеции, Дании, Франции, Австралии, Чили.

1. Западным странам помогали окончание послевоенного кризиса, расширение рынков сбыта и репарации, полученные государствами-победителями. Отмена военных ограничений освободила частный капитал, а развитие техники — конвейер, синтетический бензин, авиация — ускорило подъём. Производство во Франции превысило довоенное на 40 %, в США — на 20 %.

2. Мешало то, что частный капитал никто не контролировал. Деньги вкладывались в акции, не обеспеченные реальным производством, банки и фонды лопались, банкиры подкупали чиновников. Целые отрасли — текстильная, угольная, металлургическая — оставались в кризисе, а низкие заработки не позволяли большинству покупать новейшие товары. Великобритания сумела лишь восстановить довоенный уровень, а урезанные дотации её угольной отрасли обернулись всеобщей забастовкой 1926 г.

Автомобильный конвейер воплотил главную черту 1920-х гг. — массовое производство дешёвых товаров для массового покупателя. Чёткая организация труда на предприятиях Форда резко увеличила выпуск машин и удешевила их. Поэтому автомобиль стал доступен людям со средним достатком. Система, получившая название фордизм, показала и обратную сторону новой эпохи: она требовала от рабочего интенсивного труда до изнеможения. Символом конвейер стал ещё и потому, что на такого покупателя работали реклама и кредит. На него же работала вся экономика американского «просперити».

Формула «реклама плюс кредит — это процветание навсегда» опасна тем, что переносит расплату в будущее. Человек покупает товар, за который ещё не заработал. Спрос при этом обгонял реальные доходы большинства, а частный капитал никто не контролировал — расцветали финансовые спекуляции и аферы. Деньги вкладывались в акции, не обеспеченные реальным производством. Банки и фонды были неустойчивы и время от времени лопались, оставляя клиентов без средств. Пока подъём продолжался, такие банкротства казались частными и опасности для всей системы в них не видели. Но накопленные долги делали хозяйство хрупким: стоило доходам упасть, как платежи по кредитам прекращались, и «процветание навсегда» оборачивалось крахом.

Сведения федеральных агентов о радикальных взглядах подсудимых превратили уголовное дело в политическое. Судью и присяжных заранее убедили, что перед ними не просто рабочие, а опасные для власти люди, — и приговор оказался предрешён. Поэтому суд, так и не доказав вину Н. Сакко и Б. Ванцетти в убийстве, всё же признал их виновными. На апелляции обвинение даже не стало отрицать, что пользовалось сведениями агентов. Дело показывает, как формальные демократические нормы нарушались, едва размах рабочего движения начинал угрожать интересам правящих групп. Казнь 1927 г. не отменили и массовые протесты по всему миру: влияния рабочих организаций в США на это не хватило.

Раньше всех — арест Н. Сакко и Б. Ванцетти. В США их взяли под стражу в 1920 г. по сфабрикованному обвинению в убийстве. Два других события пришлись на 1926 г. Всеобщую забастовку профсоюзы Великобритании объявили в начале мая, в ответ на снижение зарплаты и увольнение горняков. Полёт Р. Амундсена на дирижабле «Норвегия» к Северному полюсу состоялся 12 мая того же года. Итоговый порядок: арест Сакко и Ванцетти (1920 г.) — всеобщая забастовка в Великобритании (1926 г.) — полёт Амундсена на Северный полюс (1926 г.).

1. Дотации — финансовая помощь государства. В параграфе речь о дотациях угольной отрасли Великобритании. Бюджет 1925 г., принятый по настоянию канцлера казначейства У. Черчилля, значительно их уменьшил, и владельцы шахт стали экономить на горняках.

2. Сегодня дотации получают отрасли, которые сами себя не окупают, но нужны обществу. Это сельское хозяйство, общественный транспорт, жилищно-коммунальное хозяйство, предприятия северных и угольных территорий. В России дотации из федерального бюджета идут и целым регионам. Своих доходов им не хватает на зарплату бюджетникам, на школы и больницы. Смысл остался прежним — государство поддерживает то, что свободный рынок сам не удержит.

Изменения в социально-экономической сфере Запада в 1920-х гг. вызвали три главных фактора.

1. Новые экономические идеи. Дж. Кейнс доказывал, что нерегулируемое хозяйство неустойчиво и монополии надо подчинить государству. Социал-демократы же, всё чаще входившие в европейские правительства, начали перераспределять прибыли в пользу рабочих.

2. Переворот в производстве. Фордизм и конвейер резко увеличили выпуск продукции, а синтетический бензин с 1925 г. дал дешёвое горючее. Промышленные товары впервые стали покупать люди со средним достатком.

3. Появление массового общества. Миллионы людей получили избирательные права, профсоюзы и рабочие партии превратились в силу. А правящие круги научились влиять на мнение большинства через радио, кино и печать.

Вместе эти факторы и создали облик эпохи стабилизации, непрочность которой обнаружилась в конце десятилетия.