Страница 265, ГДЗ по истории России за 11 класс к учебнику Мединского

Дневник Дж. Буша-старшего и воспоминания Б. Скоукрофта объединяет одна главная мысль: распад Советского Союза отвечает интересам Соединённых Штатов. На заседании Совета национальной безопасности США 5 сентября 1991 г. Чейни утверждал, что добровольный раскол Советского Союза в интересах США, а государственный секретарь Бейкер поправил его: в интересах США мирный раскол. Советник президента по национальной безопасности Б. Скоукрофт признавался, что верил: Америке будет лучше, если Советский Союз рассыплется, потому что такой развал больше соответствует её основному интересу в сфере безопасности.

Американские политики желали распада СССР, несмотря на улучшение отношений, потому что исходили из долгосрочных интересов безопасности США: даже отказавшийся от идеологических подходов Советский Союз оставался второй сверхдержавой и, окрепнув, мог вернуть себе роль противовеса Западу в международных делах. Уступки СССР в годы нового мышления носили односторонний характер, и никаких примеров подобного подхода со стороны США и их союзников не просматривалось. Видя слабость и нерешительность руководства СССР, лидеры Запада постепенно отказались от своих обязательств по Заключительному акту Хельсинкского совещания 1975 г., а распад Советского Союза позволил бы США остаться единственной сверхдержавой, вышедшей из холодной войны.

Под «провалом демократии» Чейни, скорее всего, имел в виду поражение демократических преобразований в Советском Союзе, то есть положение, при котором республики не сумеют добровольно договориться о новом союзе, а к власти вернутся силы, враждебные Западу. Такое опасение имело основания: заседание Совета национальной безопасности США проходило 5 сентября 1991 г., всего через две недели после того, как консервативные силы в руководстве СССР образовали Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП), пытаясь не допустить превращения СССР в конфедерацию. Чейни считал, что в этом случае для США будет лучше, если на месте СССР окажутся государства «поменьше», которые не смогут угрожать Америке так, как единая сверхдержава.