Параграф 14—15, ГДЗ по всеобщей истории за 7 класс к учебнику Мединского

Система равновесия сил и государственный интерес сделали международные отношения непохожими на средневековые. После религиозного раскола отмерла идея единой всемирной христианской империи. Каждое государство стали считать совершенно самостоятельным: оно не зависело ни от папы римского, ни от императора. Монархи полностью взяли в свои руки и дипломатию, и войны. Новым типом противостояния стали войны за экономические ресурсы — торговые и колониальные. Во второй половине XVII в. Англия трижды воевала с Голландией, оспаривая её торговое владычество на морях. Стоило одной державе усилиться, как остальные начинали объединяться против неё. Так складывались коалиции против Габсбургов, а затем точно так же объединились против Людовика XIV. Этот порядок закрепил Вестфальский мир 1648 г. Он и стал основой международных отношений на следующие полтора века.

1. На картине «Послы» двое дипломатов стоят по сторонам двухъярусного столика, покрытого восточным ковром. На верхней полке — небесный глобус, солнечные часы, квадрант и другие угломерные инструменты. На нижней — земной глобус, закрытая и раскрытая книги, лютня и футляр с флейтами. По диагонали через низ картины протянуто искажённое светлое пятно. Это череп: он «собирается» в правильное изображение только при взгляде сбоку.

2. Верхняя полка означает науки о небе и точное время, нижняя — земные дела, счёт, чтение и музыку. Земной глобус — это страны и границы, лютня и флейты — согласие и стройность. А оборванная струна лютни намекает на разлад, вызванный религиозным расколом. Череп напоминает о смерти и о том, что земная слава недолговечна, а увидеть его можно, только сменив точку зрения.

3. К дипломатии эти предметы имеют самое прямое отношение. Посол должен был быть образованным человеком, разбираться и в науках, и в искусствах. Ему следовало знать карту мира, ради которого ведутся переговоры, и уметь добиваться согласия. А умение посмотреть на дело под другим углом — как на череп у ног послов — и есть главное дипломатическое искусство.

Перемены XVI—XVII вв. я понимаю так: международные отношения начали считать единой системой, внутри которой важно удерживать баланс сил. Если одно государство усиливается, другие должны объединиться против него и тем самым восстановить равновесие. Ни одно государство не могло действовать в одиночку, не думая о том, как на это посмотрят соседи. А соседи в любой момент могли сменить союзы и выступить против него. Последствия были важными. Резко возросло значение дипломатии и постоянных посольств. Любой мир и любой союз стали считать временным. Государственным деятелям приходилось думать не только о сегодняшнем враге, но и о том, кто станет их врагом и союзником в будущем.

Взгляды Гуго Гроция заметно опережали практику его времени. В книге «О праве войны и мира» (1625) он вывел международное право из естественного права. Гроций разделил войны на справедливые и несправедливые и настаивал, что правовые нормы надо соблюдать и во время войны. На деле же шла Тридцатилетняя война. Армии вроде войск Валленштейна беззастенчиво грабили земли, по которым проходили, а государства меняли лагерь ради выгоды. Но в главном Гроций совпал со своей эпохой. Он исходил из того, что государства самостоятельны и договариваются между собой как равные. Это и есть идея суверенитета, которую вскоре закрепил Вестфальский мир, — поэтому Гроция и считают основоположником теории международного права.

Представление о национальном суверенитете сделало каждое государство совершенно самостоятельным, не зависящим ни от папы римского, ни от императора. Монархи полностью взяли в свои руки всю внешнюю политику — и дипломатию, и войны. Подчинённые им аристократы больше не могли сами воевать и вступать в отношения с другими странами: теперь это считалось государственной изменой. Отношения стали строиться между самостоятельными державами, каждая из которых отстаивала свой государственный интерес. Из этого выросли и договоры как соглашения сторон, и сама идея европейского равновесия, которую закрепил Вестфальский мир.

1. Шпага была нужна мушкетёру для ближнего боя. Мушкет заряжался долго, и после выстрела солдат оставался беззащитным. В рукопашной схватке и при атаке кавалерии выручало холодное оружие. Позже эту задачу решил штык — длинное лезвие, которое вставлялось в дуло ружья или надевалось на него.

2. В левой руке солдат вместе с оружием придерживает длинный деревянный шест-подставку. Такую подставку называют сошкой, нижним концом она упирается в землю.

3. На сошку клали ствол мушкета при стрельбе. Мушкет был слишком тяжёл, чтобы держать его на весу и целиться, и без опоры точного выстрела не получалось.

Для презентации удобно взять битву при Павии 1525 г.: в ней «военная революция» видна лучше всего.

1. Первый слайд — обстановка: идут Итальянские войны 1494—1559 гг., Франция борется с Габсбургами за богатые итальянские земли.

2. Второй — ход боя. Французская тяжёлая кавалерия под командованием Франциска I попала под огонь испанских аркебузиров и с большими потерями отступила перед натиском имперских войск.

3. Третий — вывод: исход боя решила уже не рыцарская конница, а пехота с огнестрельным оружием и артиллерия. Испанские войска строились на поле боя квадратами, где мушкетёров прикрывали пикинёры.

4. Четвёртый — итоги. Король год провёл в плену и написал матери: «У меня остались лишь моя честь и спасённая жизнь». А в 1559 г. Франция отказалась от претензий на итальянские земли.

Как иллюстрации подойдут шпалера Б. ван Орлея «Битва при Павии» и гравюры Я. де Гейна «Мушкетёр» и «Пикинёр».

Франция фактически была окружена землями Габсбургов, и Итальянские войны должны были разорвать это кольцо. А в 1519—1556 гг. Испания и Священная Римская империя вообще оказались под властью одного монарха — Карла V. Богатая и раздробленная Италия казалась французам лёгкой добычей. Значительная территория там принадлежала Неаполитанскому королевству, а оно было под властью испанской короны. Отобрав Неаполь и Милан, Франция лишила бы Габсбургов доходов и опоры в Италии. А сама стала бы главной силой на континенте. Права на эти земли французские короли обосновывали родством с неаполитанскими королями и с династией, правившей в Милане.

1. На картине Я. Брейгеля Младшего изображён разорённый войной мир. Тёмные развалины здания с кирпичными столбами и арками, схватка воинов под сводами, горящий костёр. Пол сплошь завален брошенным оружием и снаряжением — шпагами, пикой, мушкетами и пистолетами, барабаном, разбитыми кирасами, шлемами и смятыми знамёнами. Справа громоздятся груды доспехов и награбленного добра. А через широкий пролом арки виден светлый мирный пейзаж: спокойное море, высокое небо и дерево с золотисто-рыжей листвой.

2. Изображение названо аллегорическим потому, что художник писал не какое-то одно сражение, а войну вообще. Перед нами не поле конкретной битвы, а образ Европы, разорённой Тридцатилетней войной, и каждая часть картины что-то означает.

3. Разберём три аллегории. Груды брошенного и разбитого оружия — это бессмысленность войны. Всё, что ковалось и покупалось за огромные деньги, валяется теперь кучей хлама. Развалины с полустёртой надписью на каменной доске — гибель прежнего порядка и памяти о нём. Светлый пейзаж в проломе арки — надежда на мир: картина написана около 1648 г., когда стороны подписывали Вестфальский мир.

Тридцатилетняя война стала общеевропейской потому, что за её религиозной причиной стояло сразу несколько давних споров. Начиналось всё с противостояния католиков и протестантов в Германии. Обе стороны обвиняли друг друга в нарушении Аугсбургского мира, а католики мечтали вернуть утраченное в ходе Реформации имущество. Но не меньшую роль играли традиционный конфликт Франции и Габсбургов, борьба Швеции за господство на Балтике, война за независимость Нидерландов и соперничество германских государей между собой и с императором. Каждая сторона искала себе союзников. Католиков поддержали Габсбурги и папа римский, протестантов — Англия, Дания, Швеция и Нидерланды. Поэтому, когда в 1618 г. разразилась война, в неё втянулась большая часть Европы.

Людовик XIV и его противники вели себя именно так, как предписывали новые правила. Король руководствовался только интересами государства. Он развязал ряд войн, чтобы расширить Францию за счёт земель Габсбургов, и укрепил границы «железным поясом» крепостей. При этом он всякий раз подводил под захват юридическое основание: доказывал, что земли должны достаться ему по наследству. И умело использовал разногласия между европейскими державами. Противники же действовали по принципу равновесия. Как только Франция усилилась, против неё сложился союз Испании, Австрии, Швеции, Нидерландов и ряда других государств. После Славной революции к нему присоединилась Англия. Религия при этом никого не остановила. Протестантскую Голландию поддержали католические Испания и Австрия, а Швеция воевала то против Франции, то на её стороне.

Битва при Лепанто произошла в 1571 г. в Коринфском заливе Ионического моря. Рассказ о ней удобно построить в три части.

1. Начало — причина и силы сторон. Турецкая угроза заставила европейских монархов ненадолго сплотиться в «Священную лигу». Христианский флот составили корабли Испании, Венеции и ряда других государств под испанским командованием. Им противостоял турецкий флот.

2. Середина — сам бой. На иллюстрации И. Данти залив показан как карта. Обе стороны выстроили длинные шеренги вёсельных галер, христианские линии шли наискось навстречу турецким дугам. В середине залива линии смешались в плотную свалку, десятки галер сцепились бортами. Над ними встал белый пороховой дым от пушечных залпов, ломались мачты. Исход решили залпы тяжёлых орудий и абордажные схватки.

3. Конец — итог. Турецкий флот был разбит. В конце концов эта битва заставила турок отказаться от планов господства в Средиземноморье и заняться в Европе сухопутными завоеваниями.

С турецкой угрозой европейцы справились так поздно потому, что долго не могли объединиться. Османская империя была могущественной державой: в XVI в. она простиралась от Дона до Нила, от Алжира до Ирака. Ни Венецианская республика, ни Венгрия, ни Речь Посполитая, ни Священная Римская империя поодиночке с ней не справлялись. Общие союзы — «Священные лиги» — складывались редко и ненадолго. Европейские государства были заняты войнами друг с другом: сначала Итальянскими войнами, потом Тридцатилетней, затем войнами Людовика XIV. Франция и вовсе заключила в 1536 г. союз с турками. А когда она попыталась завладеть землями на Рейне, это отвлекло часть войск коалиции и спасло Османскую империю от разгрома. Лишь осада Вены в 1683 г. заставила европейские страны, включая Россию, объединиться по-настоящему. Турки под Веной были разбиты, а Карловицкий мир 1699 г. положил конец давнему страху перед турками.

Важность дипломатии росла потому, что менялась сама природа международных отношений. С конца XV в. посольства становятся постоянными. Государи и их министры регулярно переписываются с дипломатами: шлют инструкции и получают нужные сведения. Монархи полностью взяли внешнюю политику в свои руки, и представление новых послов ко дворам превратилось в сложные многочасовые церемонии. Главное же — в XVI—XVII вв. международные отношения начали считать единой системой, где важно удерживать баланс сил. Приходилось следить за каждым соседом, чтобы вовремя объединиться против того, кто усилился. А поскольку союзы стали временными и легко менялись, только постоянные переговоры позволяли понять, кто завтра станет союзником, а кто врагом.

Государственный интерес у каждой державы был свой, и со временем он менялся.

1. Англия защищала своё торговое и морское первенство и не давала никому господствовать в Европе. В XVI в. её главным соперником была Испания. Во второй половине XVII в. Англия трижды воевала с Голландией, оспаривая её торговое владычество на морях. А против усилившейся Франции она после Славной революции вошла в общий союз.

2. Франция была со всех сторон окружена владениями Габсбургов. Она стремилась захватывать земли и господствовать на континенте. В XVI в. она вела ради этого Итальянские войны, в XVII в. поддерживала протестантов в Тридцатилетней войне. А при Людовике XIV перешла к прямому захвату земель Габсбургов.

3. Австрийские Габсбурги стремились сохранить власть над Германией и всей империей и оборонялись от Османской империи. После Тридцатилетней войны им пришлось признать суверенитет немецких государей, и главным для них стало сдерживать турок и Францию.

4. Испания по-прежнему видела главное дело своей внешней политики в том, чтобы защищать католическую веру и сохранять огромные владения. Но и она действовала по-новому: чтобы ослабить Францию, готова была поддерживать гугенотов. А в XVII в., ослабленная десятилетиями упадка, Испания отстаивала уже не веру, а свои земли.

Союзников каждая держава искала за спиной у противника — по правилу «враг моего врага».

1. Франции, окружённой владениями Габсбургов, стоило договариваться с их соседями с другой стороны. Это Османская империя (франко-турецкий союз 1536 г.), протестантские германские государи, Швеция на Балтике (Бервальдский договор 1631 г.), Дания, Республика Соединённых провинций и Англия (Компьенский договор 1624 г.). В XVII в. этот выбор сохранился. Но при Людовике XIV Франция сама стала угрозой, и прежние союзники — Англия, Нидерланды, Швеция — оказались против неё.

2. Австрийским Габсбургам нужны были прежде всего испанские Габсбурги, папа римский и католические германские государи, например Бавария. Против турок союзников следовало искать среди соседей по границе: Венгрия, Речь Посполитая, Венецианская республика, а к концу XVII в. и Россия. В XVII в. к ним добавились морские державы — Нидерланды и Англия, встревоженные усилением Франции.

3. Испанским Габсбургам была необходима связь с австрийской роднёй и опора в Италии. Милан, Неаполь и Сицилия принадлежали короне или зависели от неё, а Генуя была её давним кредитором. Против турок Испания сходилась с Венецией и папой римским — так и вышло при Лепанто в 1571 г. В XVI в. она искала сближения с Англией. А в XVII в., слабея, соглашалась даже на союз с протестантской Голландией против Людовика XIV.

1. Причины Тридцатилетней войны были и религиозные, и политические. Успехи Контрреформации в Германии столкнули католиков и протестантов. Обе стороны обвиняли друг друга в нарушении Аугсбургского мира, а католики мечтали вернуть утраченное в ходе Реформации имущество. К этому добавились традиционный конфликт Франции и Габсбургов, борьба Швеции за господство на Балтике, война за независимость Нидерландов и соперничество германских государей между собой и с императором.

2. Последствия оказались тяжёлыми и важными. Война разорила германские земли и истощила силы воюющих сторон. Зато Вестфальский мир 1648 г. признал суверенитет немецких государей и их право участвовать в решениях, которые касались всей империи. Он разрешил подданным исповедовать любую веру, какой бы веры ни был сам монарх, и подтвердил независимость Нидерландов и Швейцарии.

3. Свои противоречия война разрешила лишь наполовину, и вот доказательство. Религиозный спор она закрыла. Вера перестала быть поводом для большой европейской войны, а мир стал победой прагматизма и идеи государственного интереса над религиозными ценностями. Но борьба за первенство в Европе не кончилась. Место ослабленных Габсбургов сразу занял Людовик XIV: уже во второй половине XVII в. он развязал ряд новых войн. Значит, война сменила одного претендента на господство другим, а спор о равновесии сил пришлось решать заново.

Европейские армии уступали османским прежде всего потому, что были хуже устроены. У султана давно существовала постоянная армия, которую казна содержала круглый год. Пехота-янычары и конница-сипахи были многочисленны и дисциплинированны. Опирались они на сильную артиллерию и налаженное снабжение. Европейские же государи в XVI в. воевали в основном наёмными армиями, которые набирали на время похода. Наёмникам плохо платили: они грабили земли, по которым проходили, и разбегались, как только кончались деньги. Вдобавок ни одно европейское государство не могло справиться с османами в одиночку. А объединялись соседи редко и ненадолго: они были заняты войнами друг с другом. Перевес стал переходить к Европе лишь тогда, когда «военная революция» дала ей постоянные армии, мобильную артиллерию и линейное построение войск. И в 1683 г. турки были разбиты под Веной.

1. Больше других расширения Франции должны были опасаться её ближайшие соседи. По карте 4 видно, что владения Габсбургов окружают Францию со всех сторон. На севере — Испанские Нидерланды с Брюсселем, на юге, за Пиренеями, — Испанская монархия. На востоке — германские земли по Рейну с духовными владениями Трир, Майнц и Кёльн, с множеством малых государств Германии, где лежали Люксембург, Эльзас и Страсбург. Тревожиться следовало также Республике Соединённых провинций, Швейцарскому союзу и герцогству Савойя. А через Милан и Неаполь угроза касалась и испанских Габсбургов в Италии.

2. Союзниками в борьбе с турецкой угрозой должны были стать государства, лежащие на пути османов. Это владения австрийских Габсбургов — Австрия с Веной, Чехия, Венгрия и Хорватия; Речь Посполитая, чьи земли выходят к зависимым от султана княжеству Молдавия и Крымскому ханству; Венецианская республика с её Далмацией, островом Крит и Ионическими островами. С востока — Российское государство, сосед Крымского ханства. По морю к ним могли присоединиться Испания, Папская область и Неаполь, чьи корабли и сошлись с турецким флотом при Лепанто.

На карте 4 косой штриховкой «государства, получившие по Вестфальскому миру признание независимости» отмечены две страны. Первая — Республика Соединённых провинций (Республика Голландия) на побережье Северного моря. На карте она обозначена цифрой 1, с городами Амстердам и Гаага. Южнее лежат Испанские Нидерланды с Брюсселем, которые остались у испанских Габсбургов. Вторая — Швейцарский союз в Альпах, между Францией, малыми государствами Германии и владениями австрийских Габсбургов. Обе они лежат у границы Священной Римской империи, которая показана на карте толстой серой линией. По итогам Тридцатилетней войны их независимость была признана.

В хронологической последовательности события выстраиваются так: в), д), а), б), г).

1. Битва при Павии — 1525 г.

2. Битва при Лепанто — 1571 г.

3. Тридцатилетняя война — 1618—1648 гг.

4. Осада турками Вены — 1683 г.

5. Девятилетняя война — 1688—1697 гг.

1. Испания в раннее Новое время строила свою внешнюю политику прежде всего на религии. Главным её делом она считала защиту католической веры. Испания возглавила христианский флот, который разбил турок при Лепанто в 1571 г., воевала с протестантскими Нидерландами и Англией. А в Тридцатилетней войне держала сторону католиков и Габсбургов.

2. Но на деле испанские монархи руководствовались и государственным интересом, и чем дальше, тем больше. Чтобы ослабить Францию, католическая Испания готова была поддерживать гугенотов. А во второй половине XVII в. она вместе с протестантской Голландией выступила против Людовика XIV.

3. Поэтому я считаю так. В религиозные ценности испанские короли верили искренне, но выбор союзников и войн всё чаще определял государственный интерес. Само завещание Филиппа IV это и подтверждает. Король потому и поручает преемникам править «исходя из соображений скорее религии, чем политики», что при нём государственные интересы уже брали верх над религией.

Система равновесия сил и политика государственного интереса создали новый порядок международных отношений, который держался полтора века.

1. Место религии и династических прав занял государственный интерес. Католическая Франция шла на союз с протестантскими странами и даже с мусульманами. Испания ради ослабления Франции поддерживала гугенотов, а в Тридцатилетней войне ряд государств вовсе поменял лагерь. Любой мир и любой союз стали считать временным, а смену союзника оценивали с чисто практической, а не с моральной точки зрения.

2. Европу начали рассматривать как единую систему, внутри которой важно равновесие. Против Габсбургов раз за разом складывались коалиции европейских государств. А когда возвысился Людовик XIV, против Франции объединились Испания, Австрия, Швеция, Нидерланды и Англия. В Девятилетней войне (1688—1697) он потерял большую часть завоеваний.

3. Резко выросла роль дипломатии и права. Посольства с конца XV в. стали постоянными, монархи полностью взяли внешнюю политику в свои руки. Гуго Гроций написал «О праве войны и мира» (1625). А Вестфальский мир 1648 г. признал суверенитет государей и стал основой международных отношений на следующие полтора века.