Параграф 7, ГДЗ по всеобщей истории за 8 класс к тетради-тренажёру Бовыкина

1. Ш. Л. де Монтескьё от лица перса, путешествующего по Франции, высмеивает то, как французский король добывает деньги и правит подданными. Во-первых, король ведёт большие войны на деньги от продажи титулов, то есть наживается на тщеславии подданных. Во-вторых, он обманывает их в денежных делах: велит считать одну монету за две и принимать за деньги клочки бумаги. В-третьих, король властвует даже над умами: подданные верят всему, что он внушает, вплоть до исцеления болезней его прикосновением. Под видом восхищения «великим волшебником» автор обличает ничем не ограниченную власть монарха — деспотизм, который Монтескьё считал единственной «неправильной» формой власти. Высмеивает Монтескьё и самих подданных: их тщеславие и доверчивость делают такой произвол возможным.

2. С королём Испании Монтескьё сравнивает французского монарха потому, что Испания славилась в Европе золотом и серебром из американских владений. Кроме того, после Войны за испанское наследство обеими соседними странами правили Бурбоны: сопоставлялись два короля одной династии. Сравнение построено как насмешка: у испанского короля есть золотые рудники, а богаче оказывается французский, который черпает деньги из тщеславия подданных. Так автор показывает, что богатство французской казны держится не на сокровищах, а на продаже титулов и обмане. Сравнение тем точнее, что и испанским королям, несмотря на американское серебро, постоянно не хватало денег на войны.

На портрете по ссылке — гравюре Н. де Лармессена 1727 г. с картины Ж.-Б. ван Лоо — юный Людовик XV представлен во весь рост. Парадный портрет прежде всего подчёркивал высокое положение изображённого, и король хотел показать себя настоящим государем, несмотря на юность. Первое качество — воинская доблесть: на короле доспехи, у пояса шпага, на ногах шпоры, рядом на столе шлем с перьями. Второе — законность и величие власти: со стола до пола спускается мантия, подбитая горностаем и усеянная лилиями, знаком французских королей. Подпись внизу называет Людовика королём Франции и Наварры, а между её словами помещён герб Франции с тремя лилиями под короной. Третье — уверенность: король горделиво стоит, опираясь на жезл с лилиями, уперев другую руку в бок, и смотрит на зрителя.

Образ воина был особенно важен Людовику XV: он стал королём в 5 лет и правил сначала с регентом, затем с воспитателем. Портрет убеждал подданных, что их король — уже не ребёнок, а полководец и самостоятельный правитель.

1. Сообщение о том, когда и зачем во Франции появилась продажа должностей, можно построить по такому плану.

1) Что такое продажа должностей. Человек платил в казну деньги и получал должность в суде или в ведомстве финансов. Должность можно было перепродать: так, Ш. Л. де Монтескьё продал пост председателя суда в Бордо.

2) Когда она появилась. Продажа должностей утвердилась в XVI в.: в 1522 г. король Франциск I создал особое ведомство для их продажи.

3) С какой целью. Королям постоянно не хватало денег на Итальянские войны, армию и растущий аппарат чиновников, а продажа должностей быстро пополняла казну. Заодно король привлекал на службу богатых и образованных горожан.

4) Как должность стала наследственной. В 1604 г. при Генрихе IV ввели ежегодный взнос — «полетту»: уплатив его, чиновник мог передать должность по наследству.

5) Новое дворянство. Некоторые купленные должности давали дворянство — так возникло «дворянство мантии». Например, П.-О. Бомарше купил должность королевского секретаря и получил дворянский титул.

6) Чем это обернулось для королей. Уволить чиновника, купившего должность, король мог, только вернув ему деньги. Поэтому судьи парламентов стали почти независимы от короля, и в 1771 г. канцлер Р. Н. де Мопу решил покончить с продажей судейских должностей.

2. Канцлер Мопу оправдывает реформу такими доводами:

1) продажа должностей унижает тех, кто занимает высшие посты, ведь за право служить им приходится платить;

2) она лишает короля свободы выбирать достойных и отнимает у них часть награды;

3) купивших должность подозревают в корысти, а судьи, назначенные королём за заслуги, будут служить бескорыстно и снискают больше уважения;

4) новые суды во всех провинциях приблизят королевское правосудие к подданным.

3. Канцлер Мопу умалчивает о главной цели реформы, которую называет учебник: сломить сопротивление парламентов, мешавших обложить налогами привилегированные сословия. Молчит он и о том, что за забастовку служащих Парижского парламента выслали из столицы, а их должности ликвидировали. Канцлер говорит лишь о чести судей и правосудии для подданных: так реформа выглядит заботой о справедливости, а не расправой. Открыто назвать цель значило ещё сильнее возмутить привилегированные сословия и судейскую знать, которая и так обвиняла короля в «деспотизме».

Э. Фор считает, что без риска политики не бывает, но бывает политика, заранее обречённая на неудачу. Риск у Тюрго был: он ввёл свободную торговлю зерном, но урожай не удался, хлеб подорожал, и начались беспорядки — «мучная война». Обречённой же его политику сделал не неурожай, а самая смелая мера — всесословный налог на землевладельцев 1776 г. Налог задевал привилегии дворянства и духовенства, а их ударной силой были парламенты, которые Людовик XVI сам восстановил, отменив реформу канцлера Р. Н. де Мопу. Молодой король уступил возмущению привилегированных сословий и уже через два месяца отправил Тюрго в отставку. Пока у привилегированных было такое оружие, как парламенты, а король уступал аристократам, любая попытка уравнять сословия в налогах была обречена.

Реформа Мопу — 2.

Реформы Тюрго — 1.

Высказывание 2 — о реформе судопроизводства ради будущей налоговой реформы: канцлер Р. Н. де Мопу (1770—1774) ослабил парламенты, противников перераспределения налогов. Высказывание 1 — об экономическом развитии, пополнении казны и избавлении экономики от излишнего государственного вмешательства: Тюрго (1774—1776) ввёл свободную торговлю зерном.

Собрание нотаблей

Собрание нотаблей представляло собой подобие Генеральных штатов: в обоих случаях король созывал представителей всех трёх сословий, однако в Генеральные штаты депутатов избирали.

1. Собрание нотаблей формировалось не выборами: нотаблей приглашал сам король из угодных лично ему людей. Нотабли — это наиболее именитые представители дворянства, высшего духовенства и верхов третьего сословия. В Генеральных штатах, напротив, каждое сословие заседало в отдельной палате, а депутатов туда избирали. К 1787 г. собрание нотаблей давно уже не созывалось, и правительство Людовика XVI вспомнило о нём, когда понадобилось одобрение нового налога.

2. Можно считать, что Людовик XVI выбрал собрание нотаблей, рассчитывая на его послушание: нотаблей он приглашал сам. Король надеялся, что они одобрят бессословный поземельный налог, который парламенты ни за что бы не приняли. Генеральные штаты были выборными, и король не мог решать, кто в них попадёт. К тому же их не созывали с 1614 г.: окрепшая королевская власть больше 170 лет обходилась без совета сословий. Созвать их значило признать слабость абсолютной монархии. Главной функцией Генеральных штатов было согласование новых налогов, и выборные депутаты могли в ответ потребовать права влиять на управление страной. Собрание нотаблей было меньше, созвать его было проще и быстрее, а опасных требований от него король не ждал. Опасения короля подтвердились в 1789 г.: депутаты Генеральных штатов объявили себя Учредительным собранием, и это создало угрозу самим основам монархии.

3. Созыв органа сословного представительства понадобился Людовику XVI, чтобы получить одобрение плана справедливого перераспределения податей и прежде всего бессословного поземельного налога. Без этой реформы Франция не могла расплатиться с долгами: выплаты процентов по государственному долгу составляли уже половину бюджета. Страна оказалась на грани банкротства, ведь только на поддержку США ушёл 1 млрд ливров, полученный через внешние займы. Провести реформу без такого органа король не мог: без регистрации в парламентах ни один закон не вступал в действие. Судейская аристократия парламентов, или «дворянство мантии», защищала привилегированные сословия: она возглавила сопротивление налогу 1749 г. и добилась отставки Тюрго. Главное средство против парламентов — реформу канцлера Р. Н. де Мопу — Людовик XVI сам отменил в начале правления. Одобрение всех трёх сословий придало бы налогу силу общего согласия и лишило бы парламенты повода обвинять короля в «деспотизме». Однако нотабли ничего не решили, парламенты тоже воспротивились, и королю пришлось объявить о созыве Генеральных штатов в 1789 г.