Параграф 1, ГДЗ по всеобщей истории за 7 класс к учебнику Мединского

Европа к началу Нового времени накопила силы, которых ей прежде не хватало. В её городах вырос слой деловых людей — купцов, банкиров, предпринимателей. Деньги обращались свободно, работали кредит и банки, поэтому средства на корабли, пушки и наёмные армии собирали быстро. Военное дело изменило огнестрельное оружие: пехота с аркебузами и корабельные пушки сделали европейцев опасной силой и на суше, и на море. К этому добавились дух новизны эпохи Возрождения и книгопечатание: карты, астрономические таблицы и вести об открытиях расходились теперь быстро. Соперничество держав не давало никому остановиться — стоило одной стране отказаться от поисков, этим сразу пользовались другие.

1. Самыми могущественными державами Востока были Китай эпохи династии Мин (1368—1644), Османская империя, сефевидский Иран и держава Великих Моголов. Османы в 1453 г. взяли Константинополь и покорили почти весь Балканский полуостров. Иран вновь объединился в начале XVI в. под властью Исмаила I. Державу Великих Моголов основал в Индии Бабур в 1526 г.

2. «Пороховыми империями» называют могущественные державы Востока, взявшие на вооружение огнестрельное оружие. Как правило, к ним относят исламские державы — Османскую империю, Иран и державу Великих Моголов. Османы активно производили и применяли пушки уже в XV в., и артиллерия сыграла очень важную роль при взятии Константинополя. В XVI в. пушки начали активно использовать в Иране и Индии.

Деловые люди Западной Европы — предприниматели, купцы и банкиры — были энергичны, уверены в себе и обладали широким кругозором. Жили они, как правило, в городах: раньше всего такие люди появились в крупных городах Италии. Вслед за ней их становилось всё больше в Нидерландах, Германии и Франции. Они критически смотрели на то, что раньше казалось бесспорным, и не верили в чудеса. Гуманистов они приглашали к себе на службу, картины заказывали лучшим художникам, собирали большие библиотеки. По-новому они строили и отношения с властью. Государям не хватало налогов на войну, и те всё чаще занимали у деловых людей. Настоящим символом раннего Нового времени стал немец Якоб Фуггер (1459—1525), самый богатый человек Европы, кредитор пап римских и императоров.

Главное военное преимущество Европы к началу XVI в. состояло не в силе армии, а в умении быстро её восстанавливать. Опыт Столетней войны дал постоянные армии и пехотные порядки, способные противостоять атакам конницы. Огнестрельное оружие применяли всё шире. Хороши были и военные корабли — манёвренные, прекрасно оснащённые пушками. Самих турок европейцы тогда не превосходили: османы умели применять пушки не хуже, а армии собирали гораздо более многочисленные. Зато деньги в Европе обращались свободно, работали торговля, кредит и отлаженная банковская система. Поэтому даже после тяжёлого поражения европейцы быстро набирали новых солдат и закупали корабли и пушки.

Плавания португальцев выросли из общего стремления Европы XV в. выйти за прежние географические рамки. Толчок дали дух новизны эпохи Возрождения и книгопечатание. Печатались географические карты, астрономические таблицы, описания богатств дальних стран и известия о новейших открытиях. Средства в поиск вкладывали люди, стремившиеся к обогащению. Принц Энрике Мореплаватель (1394—1460) на свои доходы покупал карты и навигационные приборы. Он оснащал каравеллы и приглашал к себе лучших учёных и моряков. Португальцы хотели попасть в богатые земли южнее Сахары морем, минуя караванные пути арабских купцов. За сорок с лишним лет они открыли побережье Африки почти до Гвинейского залива, а также Мадейру, Азорские острова и острова Зелёного Мыса.

На гравюре Ж. Калло «Штурм двух крепостей» показана война нового образца, где главную силу составляет пехота с огнестрельным оружием. В центре и справа вытянуты в глубину плотные шеренги мушкетёров. Они ведут залповый огонь из длинных мушкетов, за ними стоят пикинёры с поднятыми пиками. Такой строй мог устоять против конницы. Справа идёт штурм крепости с угловым бастионом. Солдаты лезут по приставным лестницам, у стены завязалась рукопашная схватка, а в заливе на якоре стоят парусные корабли. Слева на переднем плане военачальник в латах указывает жезлом на поле боя. Большой армией командуют, порядок в ней держат строй и знамёна. Рыцарской конницы, главной силы прежних веков, на гравюре нет вовсе.

В начале XVI в. в Азии выделялись четыре державы. На Дальнем Востоке главной силой оставался Китай эпохи династии Мин (1368—1644). По числу жителей эта огромная империя была сопоставима со всей Европой, а всем необходимым обеспечивала себя сама. К западу от него окрепла Османская империя. В 1453 г. она взяла Константинополь, а к концу XV в. покорила почти весь Балканский полуостров. Её грозным соперником стал Иран. В самом начале XVI в. он вновь обрёл единство и независимость при Исмаиле I, основателе династии Сефевидов (1501—1722). В Индии Бабур, потомок Чингисхана и Тимура, в 1526 г. основал державу, позже получившую название империи Великих Моголов.

Облик Европы к началу Нового времени сильно изменился. В ней развивалось товарно-денежное хозяйство. Торговля всё теснее стягивала части континента в единое целое, а в городах вырос влиятельный слой деловых людей. Появилось книгопечатание (середина XV в.), а культура Возрождения оказалась тесно связана с потребностями этого нового слоя. Изменилось и военное дело: пушки и аркебузы обесценили стены замков и рыцарскую конницу, зато появились постоянные армии из наёмников. Вместе с этим менялось государство — оно собирало более высокие налоги и всё чаще занимало деньги у купцов и банкиров.

Огнестрельное оружие перестроило европейское военное дело сверху донизу. С XIV в. пушки применяли всё чаще: сначала при осаде и обороне крепостей, затем на кораблях и, наконец, в полевых сражениях. А в XV в. появились аркебузы, из которых можно было прицельно стрелять на 30—35 м. Ни стены замков, ни сомкнутый строй рыцарской конницы не выдерживали пушечных залпов, и рыцарство быстро утрачивало прежнюю роль. Ему на смену пришли постоянные армии из наёмников и пехотные порядки, позволявшие успешно противостоять атакам конницы. Содержание такой армии требовало гораздо более высоких налогов, а значит, и иного устройства государства.

Ускорение развития Европы к концу Средневековья объясняется не одной причиной. Сказались выгоды географического положения: благоприятный для земледелия климат, разветвлённая речная сеть и изрезанное побережье с удобными гаванями. Помогала и удалённость от степей, откуда шли нашествия кочевников. Но решающим оказалось устройство хозяйства. Только в Западной Европе деньги стали обращаться свободно, сложились торговля и кредит, работала отлаженная банковская система. Накопления купцов и банкиров были защищены от произвола властей, потому что государям постоянно приходилось у них занимать. Восточные же державы оставались традиционными, и всё новое там подчинялось привычным порядкам, поэтому глубоких перемен не происходило.

Раньше жил Франческо Датини (1335—1410): принц Энрике Мореплаватель (1394—1460) родился на 59 лет позже. Какое-то время они всё же были современниками. Когда родился Энрике, Датини был ещё жив и вёл свои дела. Умер он в 1410 г., когда принцу было 16 лет.

Оба флорентийских купца — люди верующие, они не сомневаются в Боге и надеются на его помощь. Но Морелли пишет, что Господь желает, чтобы человек сам себе помог и достиг совершенства собственными усилиями. А Ручеллаи прямо просит у Бога милости для своей торговли и умножения доходов. Прежнее благочестие при этом никуда не делось: заслугой по-прежнему считаются милостыня и добрые дела. Для средневековой религиозности такая позиция всё же не совсем обычна. Раньше стремление к прибыли считалось делом сомнительным, а спасение связывали с отказом от земных благ. Здесь вера соединяется с предприимчивостью и расчётом на себя — это черта уже Нового времени, времени деловых людей и культуры Возрождения.

Больше всего Морелли и Ручеллаи ценят деятельную натуру. Ручеллаи пишет, что человек рождён не для сна, а для действия. Предприимчивость, рассудительность, память и разум он называет способностями, которыми нельзя пренебрегать. Морелли хвалит своего предка за то, что тот никогда не терял времени, и советует рассчитывать на собственные усилия. Ценятся и осторожность, и скромность: не хвастаться доходами и богатством, уметь распоряжаться деньгами при всех превратностях судьбы.

Отношения со светской властью Морелли советует строить осторожно и без споров. Он велит всегда общаться с теми, кто обладает властью в государстве, и подчиняться их воле и приказам. Всякого, кто хотя бы намёком выскажется против правителей, лучше не слушать и всячески избегать. При этом купцу советуют не хвастаться большими доходами и богатством — так удавалось платить меньше налогов. Выходит, деловой человек ищет расположения власти, но своё дело от лишнего внимания казны бережёт.

То, что деловые люди Флоренции писали назидания потомкам, показывает их новую роль в обществе. Они хотели передать детям не только капитал, но и опыт, правила поведения, взгляд на жизнь. Выходит, они чувствовали себя силой, у которой есть чему поучиться. Такие люди были образованны и тесно связаны с культурой Возрождения: приглашали к себе гуманистов, собирали большие библиотеки. Для историка их записки особенно ценны: по ним видно, чем жил и во что верил новый слой европейского общества.

Ещё один итальянский купец, о котором рассказывает учебник, — Франческо Датини (1335—1410) из города Прато рядом с Флоренцией. Он разбогател на торговле оружием, затем занялся сукноделием и основал банк с филиалами в разных странах. С Морелли и Ручеллаи его роднит опора на собственные силы: «Я больше уповаю на людей этого мира, чем на Бога», — писал Датини. Как и они, он соединял деловую хватку с благочестием: боялся загробных мук, занимался благотворительностью и завещал родному городу огромные богатства.

Многие советы флорентийских купцов не устарели. Полезен совет не терять времени и рассчитывать прежде всего на собственные усилия. Не устарела и похвала предприимчивости, рассудительности и разуму: без них не построишь никакого дела. Верен и совет осторожно распоряжаться деньгами, помня, что многое зависит от превратностей судьбы. А вот наставление во всём подчиняться воле правителей и избегать всякого, кто с ними не согласен, к нашему времени не подходит. Оно рождено обстановкой Флоренции XIV—XV вв., где неосторожное слово грозило купцу разорением и изгнанием.

Масштабная экспансия Европы стала возможна потому, что к концу Средневековья она обогнала Восток не богатством, а устройством хозяйства и военного дела.

1. Только в Западной Европе деньги обращались свободно, сложились торговля и кредит, работала отлаженная банковская система. Поэтому европейцы могли быстро набрать солдат, закупить корабли и пушки, а средства в дальние плавания вкладывали купцы и банкиры.

2. Огнестрельное оружие обесценило прежнюю военную силу. Пушки и аркебузы пробивали стены замков и ломали строй рыцарской конницы. Зато появились постоянные армии, пехотные порядки и корабли, оснащённые пушками.

3. Дух новизны эпохи Возрождения и книгопечатание толкали к поиску: печатались карты, астрономические таблицы и известия об открытиях. А португальцы создали каравеллу с косыми парусами и пошли вдоль Африки на юг.